Александр Болдырев

Член методической комиссии Адвокат, управляющий партнёр адвокатского бюро «Болдырев, Топорков и Партнёры»

Негуманная гуманизация

03.07.2016 Президентом России подписан Федеральный закон № 323-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности». Изначально проект данного закона, в котором содержались предложения по гуманизации уголовного законодательства, был подготовлен Верховным Судом РФ и поддержан Президентом РФ ^[1]. Однако в процессе прохождения законопроекта через Государственную Думу РФ многие идеи Верховного суда не нашли поддержки у народных избранников.

ФПА РФ и Верховный суд уже высказывались о необходимости дальнейшей либерализации уголовного законодательства, о чём также неоднократно сообщала, в том числе и Новая адвокатская газета ^[2]; но я считаю важным отдельно обратить внимание и обсудить вступившие в силу изменения в ст. 116 УК РФ «Побои», так как эти новеллы могут затронуть весьма широкий круг лиц.

Предложения ВС РФ по рассматриваемой статье сводились к тому, чтобы перевести деяния, предусмотренные частью первой, из уголовно наказуемых в административно наказуемые. Мотивы высшей судебной инстанции понятны: кроме объявленной гуманизации, в т.ч. в виде отсутствия судимости, уголовного преследования лиц, совершивших ряд преступлений небольшой тяжести, это ещё и сокращение количества уголовных дел в судах, существенная часть которых прекращалась в связи с примирением сторон и пр. Но лично мне неясны мотивы депутатов, когда они решают что за одно и то же деяние для одной категории граждан («близких лиц») нужно не просто оставить уголовное наказание, но усилить его, в то время как для других лиц наказание будет лишь административным.

Также приравнивая «близких лиц» к хулиганам и лицам, совершающим преступления по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды,  парламентарии одновременно лишили «близких лиц» и возможности примириться, что сложно увязывается с объявленной гуманизацией.

Конечно, правозащитники, работающие с гражданами, пострадавшими от бытового насилия, могут привести множество примеров побоев от «близких лиц», но разве это повод заранее разделять граждан по степени ответственности за одинаковые деяния в зависимости от близости к потерпевшему? Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть не просто законным и обоснованным, но и справедливым. Можем ли мы говорить о справедливом приговоре, когда за одно и то же деяние человеку, для потерпевшего незнакомому, назначается административное наказание, а близкому лицу - уголовное?

Более того, теперь для «близких лиц» выходит следующее: если бьёшь сильнее, то наказание будет мягче. Так по 115 УК РФ за причинение лёгкого вреда здоровью предусмотрен арест на срок до четырех месяцев (данный вид наказания фактически не применяется), а за побои или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК РФ, в отношении близких лиц может ждать наказание вплоть до лишения свободы на срок до двух лет.

При этом даже перевод ч. 1 ст. 116 УК РФ в административно наказуемое деяние в большей степени защитил бы женщин от побоев супругов. Так, до изменения в ст. 116 в случае поступления звонка в полицию и при установлении того, что муж избивает жену, сотрудники ОВД просто рекомендовали бы ей обращение в суд, т.к. это дело частного обвинения. После чего звонившей оставалось только ждать и надеяться, как бы муж ограничился лишь побоями. В случае же административного правонарушения, полицейские обязаны были бы выехать на место и при необходимости изолировать семейного дебошира.

С принятой редакцией ст. 116 УК РФ однозначно более нервозным станет состояние некоторых родителей, которые сначала советуются с юристами, и лишь после этого вызывают своему травмированному ребёнку «скорую помощь». Ведь после оказания необходимой медицинской помощи им придётся объяснять сотрудникам правоохранительных органов, откуда взялись синяки и ссадины у ребёнка.

В качестве примера приведу стандартный случай из практики. Мама с сыном посещали врача. В поликлинике ребёнок (3 года) поскользнулся на мокром кафеле и упал. Поскольку никаких симптомов сотрясения мозга у ребёнка не было, мама не придала значения этому падению, а вот дома ребёнку стало хуже и пришлось вызывать «неотложку». На следующий день по звонку участкового маму попросили явиться для дачи объяснений в ОВД. Кроме того, одна «добрая» соседка сообщила полиции, что ребёнок у мамы регулярно вечерами плачет, значит, она его бьёт. Пришлось разыскивать свидетелей падения ребёнка в поликлинике и доказывать невиновность мамы. Хорошо, участковый попался понимающий и дальше объяснений дело не пошло.

Думаю, аналогичные примеры могут назвать все практикующие адвокаты, поэтому искренне разделяю волнения родителей, организовавших сбор подписей против новой редакции ст. 116 УК РФ ^[3].

Беспокойство новой редакцией статьи, в том числе высказали: Уполномоченный при Президенте Российской Федерации по правам ребёнка ^[4], Патриаршая комиссия по вопросам семьи ^[5], Общественная палата РФ ^[6]. С инициативой изменить ст. 116 УК РФ в новой редакции выступила и член Совфеда Елена Мизулина ^[7].

Примут ли эти изменения, которые по сути аналогичны первоначальным предложениям ВС РФ, покажет время. Надеюсь, что адвокатура, как один из реально действующих институтов гражданского общества, не останется в стороне, и, защищая интересы доверителей, адвокаты не ограничатся доказыванием одной лишь невиновности или поиском смягчающих обстоятельств, но также поставят вопрос о соответствии статьи 116 УК РФ положениям Конституции РФ. Ведь выделяя близких лиц в отдельный, специальный круг субъектов, федеральный законодатель нарушает ст. 19 Конституции РФ в части дискриминации граждан по социальной принадлежности.

[7] https://regnum.ru/news/society/2160900.html